Site icon Сайт народных ремёсел Узбекистана

Хорезмийские шелковые деньги

шелковые деньги

Одним из наиболее популярных товаров, провозимых по трассе Великого шелкового пути, являлся шелк, производство которого было освоено в Китае. Там куски шелка еще в глубокой древности использовались в качестве средств платежа. В средневековье китайцы начали печатать денежные знаки на шелковой материи. Их производство продолжалось до ХХ в.: центральные финансовые органы империи Цинь, казначейства городов и провинций, частные банки и торговые фирмы для обеспечения крупных платежей выпускали специальные шелковые ассигнации. Имела шелковые банкноты и Восточно-Туркестанская исламская республика, существовавшая в 1933 – 1934 гг. на территории современного Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР. Здесь это тоже была давняя традиция. Так, Махмуд Кашгарский (XI в.) в своем словаре сообщает: “Куски материи с печатью уйгурского хана (камду), имевшие хождение в качестве денег, раз в семь лет чинились, стирались, и на них снова ставили печати”.

В начале ХХ в. денежные знаки на шелке выпускались на территории Узбекистана – в Хорезме. Тогда зависимым от Российской империи ханством управляли представители династии Инаков из узбекского рода кунграт, которые формально считались самостоятельными: они имели право выпускать свои деньги и содержать собственную армию, которую составляли, в основном, отряды наездников, набранных из нескольких подвластных хивинским ханам туркменских родов, всегда игравших большую роль в политической жизни Хивы. После 1917 г., пользуясь распадом империи, фактическую власть в Хиве захватил вождь туркменского рода йомудов Джунаид Курбан Мамед (1860 – 1938 гг.). В январе 1918 г. он с вооруженным отрядом занял столицу ханства, приказал казнить законного хивинского правителя Асфандияра и посадил на престол в качестве марионетки несовершеннолетнего брата Асфандияра Сейида Абдуллу.

Экономика Хивы в это время находилась в критическом состоянии, и правительство “падишаха Сейид Абдуллы хана” (а фактически хунта Джунаида) провело денежную реформу, главной задачей которой было быстрейшее изъятие у населения звонкой монеты в обмен на кредитные деньги – ассигнации. Так как достаточного количества пригодной для этой цели бумаги в государстве не было, монетный двор Хивы, основанный в первой четверти XIX в. в Куня-Арке, приступил к выпуску денежных знаков крупных номиналов на шелковой материи местного производства.

О технологии изготовления хивинских шелковых ассигнаций сохранилось очень мало сведений. На простейшем станке ткалась из натурального местного шелка лента шириной 11 см, которая нарезалась на прямоугольные куски длиной 15 см. Неаккуратная поперечная резка шелковой ленты давала характерные “махры” по вертикальным сторонам банкнот, что, кстати, является признаком подлинности.

Надписи и изображения наносились на шелк вручную со специальных штампов-клише (калыбов). Если бумажные денежные знаки в Хиве печатались с помощью бронзовых калыбов, то штампы для шелковок, скорее всего, были деревянными – в соответствии с местной традицией печати на тканях. Об этом свидетельствует большое число разновидностей шелковых ассигнаций, что может быть только при быстром износе клише для печати. Известный ташкентский коллекционер старшего поколения М.С. Кожухин, например, считал, что калыбы для шелковых ассигнаций Хивы изготовлялись из древесины карагача. Они были отдельные для каждого цвета, и изображения создавались с их помощью последовательно, в несколько операций. Внешне калыбы выглядели как деревянные кубики с углублениями для пальцев мастера на двух противоположных нерабочих поверхностях. Большим и безымянным пальцами мастер брал калыб, как пианист аккорд на рояле, и, обмакнув его в краску, наносил вручную соответствующий рисунок или надпись на шелковой заготовке – полотне.

Красители употреблялись традиционные: чернильный орешек на листьях фисташкового дерева (бузгун), высушенные соцветия растения Sopsora Japonica (тухмак), кошениль индийского происхождения (сиапар-ранг), марена (руян). Краски готовились на абрикосовом клее (елим).

Первый выпуск шелковых денег Хивинского ханства, датированный 1337 г. хиджры (7.10.1918 – 25.09.1919), имел пять номиналов: 200, 250, 500, 1000 и 2500 тингов. На каждом банкноте по-узбекски арабским шрифтом помещались две надписи*: “Ассигнация (дословно – “бумажная деньга”) по высочайшему указу правительства Хорезма”; “Каждый, кто подделает эту ассигнацию, карается государственным законом”. Надписи сопровождаются пятью круглыми печатями должностных лиц ханства: министра финансов, главного управляющего государственным банком, министра внутренних дел, управляющего государственной казной и кассира государственного банка. Собственные имена чиновников не указаны.

Кроме того, на ассигнациях помещены изображения полумесяца и звезды, проставлены номера банкнот, год выпуска по хиджре и обозначен номинал по-узбекски и по-русски (в последнем случае часто с ошибками в правописании и начертании букв). Размещение перечисленных элементов оформления зависело от номинала и было, очевидно, производным. Тинга (правильно – таньга) старинная местная денежная единица. В Хивинском ханстве в описываемое время 5 таньга приравнивались 1 российскому рублю. На хивинских шелковых ассигнациях второго выпуска указано пять номиналов: 200, 250; 500; 1000 и 2500 тингов с переводом в российскую денежную систему.

В узбекских надписях рубль именуется “манат”, а в остальном банкноты первого и второго выпусков похожи между собой, но второй выпуск датирован 1338 г. хиджры (26.09.1919 – 14.09.1920). Правда, известны шелковки трех низших номиналов второго выпуска с датой 1337.

Наконец, третий выпуск шелковых ассигнаций Хивинского ханства (т.н. “вертикальных”) осуществлен в 1338 г. хиджры и имеет только два номинала – 100 и 250 рублей (без указания эквивалента в таньгах).

По имеющимся данным, при Сейиде Абдулла-хане было выпущено ассигнаций (на шелке и на бумаге) всего на сумму 3 млн рублей. В связи с этим шелковые банкноты всех трех выпусков Хивинского ханства в наше время представляют большую редкость.

В апреле 1920 г. на территории бывшего Хивинского ханства провозгласили Хорезмскую народную советскую республику, которая продолжила практику выпуска собственных денежных знаков на шелковой материи. Они встречаются чаще, чем шелковки Хивинского ханства, так как их эмиссия была обильной (к 24 апреля 1921 г. напечатано ассигнаций на 500 млн рублей).

Существуют шелковые ассигнации ХНСР четырех номиналов: 500, 1000, 2000 и 5000 рублей. Каждая из них имеет три пространные надписи по-узбекски арабским шрифтом: “Ассигнация (дословно – “бумажная деньга”) Хорезмской народной советской республики”; “Подделка этой ассигнации преследуется по закону революции”; “Эта ассигнация обеспечивается всем имеющимся достоянием государства”.

В элементы оформления входят обозначения номиналов по-узбекски и по-русски, номер банкноты, различного рода разноцветные рамки, даты по хиджре и европейские (кроме экземпляров последнего варианта 5000 рублей), изображение флага, а также герба республики, который в то время не имел четко зафиксированной графической формы и поэтому приобретал на каждом номинале разный вид.

Кроме того, каждая республиканская шелковая ассигнация имеет три подписи по-узбекски арабским шрифтом. Известно два варианта наборов подписей.

Первый из вариантов таков:
“Назир финансов Мухаммад Рахимов (Мухаммадшах Мухаммадрахимов). Председатель Совета народных назиров Ходжинияз Юсупов. Казначей Мухаммад Амин (Ишчжанов)”.

На ранних шелковых ассигнациях республики 1338 г. хиджры (1920 г.) номиналами 500 и 1000 рублей первая и последняя из перечисленных подписей заключалась в фигурные пятиугольные рамки, а позднее все три подписи стали помещаться в рамках прямоугольных. Номиналы 2000 и 5000 рублей известны только с прямоугольными рамками, они датированы 1339 г. хиджры (15.09.1920 – 3.09.1921).

Второй набор подписей в рамки не заключался:
“Временный казначей Мухаммад Амин Ишчжанов. Председатель Временного революционного комитета Джаббарберган Кучкаров. Временный назир финансов Мухим Нуруллаев”.

Этот набор подписей стоит только на номиналах в 1000, 2000 и 5000 рублей в сопровождении европейской даты – 1921 год.

Все шелковые денежные знаки Хорезма имеют значительное число вариантов и по оформлению, и по цвету шелка, что вызвано ручным способом печати. Известный исследователь банкнот В. М. Соколов еще в 1938 г. отметил: “В шелковых тинговых знаках Хивы так много различий…, что каталогизировать их невозможно. При сравнительно небольшом количестве сохранившегося тингового шелка почти каждый знак имеет свои особенности” (6, с. 19). Тем не менее в последние годы в разных странах осуществлены серьезные попытки научной классификации этих экзотических денежных знаков.

Несмотря на несовершенство внешнего вида, шелковые деньги завоевали популярность у населения. Когда по постановлению Ташкентской экономической конференции в марте 1923 г. было объявлено об обмене хивинских денежных знаков на бумажные деньги общегосударственного образца, как пишут свидетели, ни одна из шелковых ассигнаций к обмену предъявлена не была. Владельцы оставили эти деньги себе на память. Еще в 40-е – 60-е гг. ХХ в. можно было увидеть в некоторых домах Хивы даже лоскутные одеяла, сшитые из описанных шелковых денежных знаков.

*Все надписи на банкнотах прочитаны и переведены Ирпоном Тухтиевым (Государственный музей истории Узбекистана), за что авторы ему глубоко благодарны.

Литература
1. Шэфер Э. Золотые персики Самарканда. М., 1981.
2. Махкамова С. К истории ткачества в Средней Азии. Художественная культура Средней Азии IX – XIII вв. Ташкент, 1983.
3. Кожухин М. С. Боны-историографы // Звезда Востока, 1968, №1.
4. Гейер И. И. Туркестан, изд А.Л. Кирснера. Ташкент, 1909.
5. История Хорезмской народной советской республики. Сборник документов. Ташкент, 1976.
6. Соколов В. М. Полный каталог бон, выпущенных на территории СССР в период времени с 1914 по 1925 год. ВОК, Ростов-на-Дону, 1938.
7. World Paper Money, Krause Publication Inc., New York, 1994; Рябченко П. Ф. Полный каталог бумажных денежных знаков и бон, выпущенных в России, СССР, странах СНГ (1769 – 1994). Киев, 1995; Жуков А. А. Малышев В. П. Энциклопедия. Денежные эмиссии Средней Азии. Туркестанский край (1918 – 1923). Санкт-Петербург, 2005.

Ирина Богословская, Борис Голендер

Exit mobile version